Татарский конный полк «Дикой дивизии»
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Татарский конный полк «Дикой дивизии»
Азербайджанцы в Первой мировой войне: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
В ноябре 1914 года на русско-австрийском фронте в составе русской армии появилось новое воинское соединение: Кавказская туземная конная дивизия, более известная как "Дикая дивизия". В соответствии с приказом Императора Николая II о создании Кавказской туземной конной дивизии от 23 августа 1914 года дивизию составляли 3 бригады из 6 кавказских туземных конных полков: Кабардинского, 2-го Дагестанского, Чеченского, Татарского, Черкесского и Ингушского. Личный состав Татарского конного полка комплектовался из азербайджанцев.
Этнические названия азербайджанцев, бытовавшие в Российской империи - "закавказские татары", "адербейджанские татары", порой просто "мусульмане", отразились в названиях иррегулярных воинских частей русской армии, которые были сформированы из них. В соответствии с российской "традицией", созданный в 1914 году из этнических азербайджанцев конный полк получил название "Татарский".
Мусульмане на военную службу не призывались, поэтому полк был создан из добровольцев. 27 июля 1914 года император разрешил создать национальные полки из доборовольцев - мусульман Кавказа. В отличии от призывников, призываемых на военную службу и полностью обеспечиваемых государством, обеспечение кавказских конных полков частично осуществлялось за их собственный счет: "Винтовки, приварочное, провиантское и фуражное довольствие от казны по положению. Лошадь, седло, обмундирование, холодное оружие, снаряжение собственное". В создании полка большую организационную роль сыграл первый горный инженер-азербайджанец, в рассматриваемое время помещик Елизаветпольской губернии Фаррух бек Везиров. Большую роль в финансовом обеспечении полка сыграли представители национальной буржуазии. За весь период существования полка, даже в тяжелом 1917 году, полк не испытывал материальных трудностей, постоянно чувствуя поддержку местной азербайджанской буржуазии и меценатов.
1-я сотня полка на добровольных началах комплектовалась из жителей Казахского уезда, 2-я - Шушинского и Джеванширского уездов, 3-я - Арешского, Зангезурского, Карягинского и Нухинского уездов Елисаветпольской губернии, 4-я - Борчалинского уезда Тифлисской губернии. Каждый желающий служить подавал заявление. Приемная комиссия предъявляла следующие требования к добровольцам: возраст от 21 до 40 лет, "хорошее и трезвое поведение", "здоровое телосложение", "способность к военной службе". Согласно данным губернатора Елизаветполя, уже к 27 августа "добровольцев мусульман записалось в Татарский полк свыше двух тысяч". В связи с тем, что требовалось только 400 человек, дальнейшая запись была прекращена. В рапорте отмечалось: "Из опроса господ офицеров, кадровых унтер-офицеров и всадников выяснилось, что при наборе людей всадники шли с полной охотой и никакого неудовольствия среди татарского населения не было". Бывший офицер "Дикой дивизии" Алексей Арсеньев позднее писал: "Целый ряд народов и народностей в Империи Российской были свободны от воинской повинности... На войну они пошли за Нее, по своей доброй воле, будучи никем и ничем не принуждаемы; в истории "Дикой Дивизии"- нет ни единого случая даже единоличного дезертирства!".
Татарский конный полк на момент формирования состоял из 4-х сотен, каждая из которых делилась на 2 взвода. По штатам полк состоял из 22 офицеров, 3 военных чиновников, 1 полкового муллы, 575 всадников и 68 нестроевых нижних чинов, всего 669 человек. По итогам боев 1914-1915 гг. в структуре полка были произведены изменения. К декабрю 1915 года полк состоял из 4-х сотен, каждая из которых делилась на 4 взвода по 60-80 чел. Добровольцы-азербайджанцы записывались лишь в конные сотни, категорически отказываясь служить во вспомогательных частях. В результате численность сотни составляла 220-260 человек. Полку был добавлен пеший взвод численностью 50 - 80 человек. В ходе боевых действий произошли изменения во взглядах азербайджанцев на войну - если ранее все желали служить непременно в конных взводах, то в 1916 году в пешем взводе из 70 воинов 30 были азербайджанцы. Фактическая численность полка порой превышала 800 человек. Структура полка расширялась за счет создания пулеметных расчетов - нужных по требованиям времени, но не предусмотренных по штатам и вооруженных трофейными пулеметами.
Первым командиром полка был назначен генерального штаба подполковник Пётр Половцов. Всадники полка были мусульмане, но из 22 офицеров до начала боев только 4 были азербайджанцами: подполковник принц Фейзулла Мирза Каджар, ротмистр Шахверди хан Зиядханов (22 мая 1916 г. зачислен в запас), штабс-ротмистр Нух бек Софиев (Сафиев), корнет Джелал бек Султанов. Объяснялось незначительное количество офицерских национальных кадров политикой российской администрации, командный состав национальных воинских формирований комплектовался из числа офицеров русской национальности или других национальностей, отличной от основной национальности воинской части. Начиная с 1916 года количество офицеров - азербайджанцев в полку выросло за счет тех всадников, которые своей храбростью и умением воевать были удостоены офицерских чинов. К середине 1917 года в полку служили 13 офицеров-азербайджанцев: подполковник Нух бек Софиев; штабс- ротмистры Джамшид хан Нахичеванский и Исрафил бек Ядигаров; корнеты Худадад бек Худавердов и Зульфугар бек Султанов; прапорщики Али Мурад бек Везиров, Селим бек Султанов, Саяд Зейналов, Зейналабдин Садыхов, Осман ага Гюльмамедов, Идрис ага Каджар, Алекпер Гаджиев, Фаис Мамед Мустафаев.
В ходе войны несколько офицеров-азербайджанцев получили назначение в другие полки дивизии: в Кабардинский конный полк поступил Керим хан Эриванский; в Чеченском конном полку служил ротмистр Искандер хан Нахичеванский, командиром полка был полковник принц Фейзулла Мирза Каджар; во 2-м Дагестанском полку - Рагим хан Нахичеванский.
В Татарском конном полку также служили представители самых аристократических фамилий империи: русские граф Н.Бобринский, А.Берс (племянник писателя Льва Толстого), А.Немирович-Данченко, князь М.Муравьев-Амурский, князь С.Багратион-Мухранский, кабардинец Ф.Н.Бекович-Черкасский, грузины князь Н.Казбеги, князь В.Амилохвари, князь Л.Магалов, абхаз князь Х.Шервашидзе, осетин М.Хоранов и даже два француза - Ш.Тестенуар и О.де Ласси. Подбор офицеров-немусульман в национальные конные полки был тщательным, обязательным условием было уважительное отношение к языку, обычаям, традициям личного состава.
Среди всадников полка оказалось немало молодых представителей аристократических азербайджанских родов. В то же время служили всадники русской национальности - те, кто имел большой срок службы, участники прежних войн и ранее служил на Каказе. Именно они должны были передавать свой боевой опыт "туземцам", в бою вести их за собой.
Среди всадников полка оказалось немало молодых представителей аристократических азербайджанских родов, недавно окончивших школу или даже бросивших институт: Рашид бек Зульфакаров, Вели бек Векилов, вольноопределяющийся Ахмед бек Зейналов, Ахмед ага Гасум Ага оглы Векилов, Гусейн ага Алескер ага оглы, Мустафа бек Векилов, Алы бек Кесеменский, Ханглар ага Мусеиб ага оглы, Рустам ага Искандербеков, Камиль ага Искандербеков, Абдул ага Искандербеков, Сурхай ага Искандербеков, Мирза ага Искандербеков, Керим ага Шахтахтинский, Сеид Ага Миргасымов, Ханлар бек Гасанбеков, Кулам бек Гашимбеков, Садых ага Киши ага оглы, Баграм бек Аббас Кулибеков, Машади Азад Набибеков, Баграм Рустамбеков, Шахмар Мирзалибеков, Кардашхан Исмиханов, Нур Мамед Ага Дадашев,Кичи бек Халилбек оглы, Шукюр бек Султан Мурад оглы, Ибрагим ага Дадаш оглы, Гасан Кулибек, Ханар бек Фарах, Сурахан бек,Ага бек Аббасбеков, Абдул бек Касумбек оглы, Амрах ага Аббасов, Курбан Гасанбеков, Халил Ага Юзбашев, Гасан ага Али Мадатов.
Униформа была составлена на основе кавказской мужской одежды - сапоги, брюки, рубашка, бешмет (азерб. - архалыг), черкеска (азерб. - чуха), папаха, бурка (азерб. - йапынджы), башлык. Каждый из полков дивизии имел башлыки, черкески, папахи и рубашки своего цвета, отличие заключалось в цвете погон и шифровке на них. В Татарском конном полку черкески, бешметы, рубашки и папахи были черного цвета, в боевых действиях больше использовались серые черкески. Всадники имели темно-красные башлыки и погоны красного цвета, на которых были вышиты желтые буквы "Тт.". Каждый всадник был вооружен шашкой и кинжалом, имел "винтовку трехлинейную казачьего образца, 3-х линейный револьвер, существующий в казачьих частях", с запасом патронов - "боевые патроны в патронташах по 30-ти" и "в накладных на черкесках для газырей карманчиках" - "в нагрудных газах по 28-ми".
Татарский конный полк перед выступлением на фронт принес присягу «Клятвенное обещание» на азербайджанском языке (в документах указан как «азербайджано-татарское наречие») на верность императору и государству. После произнесения слов клятвы каждый из всадников подписался или приложил окрашенный краской палец под «Присяжным листом».
В 1914-1917 годах Татарский конный полк являлся составной частью 2-й бригады (вместе с Чеченским полком) Кавказской туземной конной дивизии. В начале октября 1914 года полк в составе дивизии был включен в состав 2-го кавалерийского корпуса генерал-лейтенанта Гусейн хана Нахичеванского и дислоцирован в Подольской губернии.
В середине декабря части дивизии вступили в бои на Юго-Западном фронте, на берегу реки Саны. Первый крупный бой Татарский конный полк принял 12-19 декабря 1914 года. 26 декабря полк понес первые потери - у деревни Берези Горни погибло 7, ранено13 человек. Конец декабря 1914 - январь 1915 года прошел в оборонительных боях у подножия Карпат (7, с.177). Один из крупных боевых успехов дивизии связан с боем, проведенным Татарским конным полком 15 февраля 1915 года за стратегически важную деревню Бринь, в 20-ти километрах от г.Станиславов. За этот бой командир полка полковник П.Половцов и полковник Ф.М.Каджар были награжден орденами Св. Георгия 4-й ст., оказавшись первыми офицерами дивизии, награжденных этим высшим военным орденом России. Половцов в телеграмме Елисаветпольскому губернатору отмечал: "Татарский полк первым из Туземной дивизии заслужил своему командиру Георгиевский крест. Гордясь высокой наградой, считаю ее исключительно лестной оценкой высоких воинских качеств и беззаветной отваги татарских всадников. Прошу вас принять выражение моего глубочайшего восхищения перед беспримерной доблестью мусульманских воинов Елисаветпольской губернии. Половцов". 21 февраля 1915 года Татарский конный полк в результате упорного сражения первым вошел в город Тлумач. В марте-апреле полк принял участие в Карпатской наступательной операции войск Юго-Западного фронта. В апреле-мае полк участвовал во вторжении в Буковину. В период отступления весной -летом 1915 года полк в составе дивизии вел бои на левобережье Днестра.
Командиром Татарского конного полка 25 февраля 1916 г. был назначен полковник кабардинский князь Федор Бекович-Черкасский. Первую половину 1916 года полк вел усиленную разведку позиций противника по р.Днестр, а затем принял участие в "Брусиловском прорыве". В истории полка особое место занимает разгром опорного пункта противника у села Тышковцы 31 мая 1916 года, позволивший прорвать линию фронта противника. Летом полк вел наступление в Буковинских Карпатах, в верховьях Прута. В ноябре полк в составе дивизии, пройдя 600 верст, форсированным маршем двинулся в Румынию. В гористой местности Восточных Карпат, юго-западнее Ясс полк вступил в бой с немецкими частями.
В феврале 1917 года, в связи с известными политическими событиями полк выведен в тыл. В Татарском конном полку, как и в других частях дивизии, сохранялись твердая воинская дисциплина и верность воинскому долгу. Все полки дивизии сохранили свой офицерский состав и свое уважительное отношение к офицерам. 5 июля 1917 года командиром полка был назначен полковник грузинский князь Леван Магалов.
В период летнего (1917 г.) наступления войск Юго-Западного фронта полк действовал западнее города Станиславов. Полкам дивизии приходилось с одной стороны воевать с врагом, с другой стороны - убеждать пехотные части не бросать позиции, с третьей - наводить порядок в тылу, предотвращая мародерство и грабежи.
Статистика боевых наград офицеров полка впечатляет: за 1914-1917 годы 6 офицеров награждены орденом Св.Георгия 4-ой ст., 5 офицеров награждены Георгиевским оружием (10, с. 212). Офицеры полка неоднократно награждались и другими орденами империи. Полными кавалерами "солдатских" Георгиевских крестов всех четырех степеней стали Али бек Набибеков, Саяд Зейналов, Мехти Ибрагимов, Алекпер Хаджиев, Дацо Дауров и Александр Кайтуков. Тремя Георгиевскими крестами и тремя Георгиевскими медалями был награжден Осман ага Гюльмамедов. Уроженец города Шуша Зейнал бек Садыхов, начав службу унтер - офицером в команде разведчиков, заслужил Георгиевские кресты 2, 3, 4 -й ст., Георгиевскую медаль "За храбрость" 4-й ст., а после производства за военные отличия в офицеры был удостоен боевых орденов Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом, ордена Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом, ордена Св. Анны 4-й степени.
Никто так кратко и так емко не описал роль Татарского конного полка в войне как первый командир полка П.А.Половцов в телеграмме одному из инициаторов сформирования Татарского конного полка Мамед хану Зиядханову: "Прошу вас передать мусульманскому населению …, что я с гордостью буду хранить память о доблестном полке, собранном в их же среде, во главе коего я имел честь состоять полтора года. Бесконечным рядом подвигов на полях Галиции и Румынии мусульмане показали себя достойными потомками великих предков и верными сынами нашей великой Родины".
В конце августа, было принято решение переформировать Кавказскую туземную конную дивизию в Кавказский туземный конный корпус. После сформирования корпус должен был быть направлен на Кавказ в распоряжение командующего Кавказской армией. В конце сентября — начале октября 1917 года части и подразделения корпуса, включая Татарский полк, были переброшены на Кавказ. Однако к январю 1918 года, после Октябрьского переворота в Петрограде, Кавказский туземный конный корпус прекратил свое существование.
После провозглашения 28 мая 1918 года Азербайджанской Демократической Республики (АДР) Татарский конный полк был единственной регулярной воинской частью молодой Республики, вошедший в соста Отдельного азербайджанского корпуса, сформированного на добровольных началах.
По материалам книги Сабухи Ахмедова “Азербайджанцы на фронтах Первой мировой войны: Татарский конный полк”
http://cs625531.vk.me/v625531073/6fda/_8l_hc8mtK0.jpg" onclick="window.open(this.href);return false;
Татарский конный полк на полуденном намазе. Полковым муллой был поэт и журналист Агамухаммед Гаджи Абдусалим оглу, более известный под литературным псевдонимом "Мухаммед Хади"
В ноябре 1914 года на русско-австрийском фронте в составе русской армии появилось новое воинское соединение: Кавказская туземная конная дивизия, более известная как "Дикая дивизия". В соответствии с приказом Императора Николая II о создании Кавказской туземной конной дивизии от 23 августа 1914 года дивизию составляли 3 бригады из 6 кавказских туземных конных полков: Кабардинского, 2-го Дагестанского, Чеченского, Татарского, Черкесского и Ингушского. Личный состав Татарского конного полка комплектовался из азербайджанцев.
Этнические названия азербайджанцев, бытовавшие в Российской империи - "закавказские татары", "адербейджанские татары", порой просто "мусульмане", отразились в названиях иррегулярных воинских частей русской армии, которые были сформированы из них. В соответствии с российской "традицией", созданный в 1914 году из этнических азербайджанцев конный полк получил название "Татарский".
Мусульмане на военную службу не призывались, поэтому полк был создан из добровольцев. 27 июля 1914 года император разрешил создать национальные полки из доборовольцев - мусульман Кавказа. В отличии от призывников, призываемых на военную службу и полностью обеспечиваемых государством, обеспечение кавказских конных полков частично осуществлялось за их собственный счет: "Винтовки, приварочное, провиантское и фуражное довольствие от казны по положению. Лошадь, седло, обмундирование, холодное оружие, снаряжение собственное". В создании полка большую организационную роль сыграл первый горный инженер-азербайджанец, в рассматриваемое время помещик Елизаветпольской губернии Фаррух бек Везиров. Большую роль в финансовом обеспечении полка сыграли представители национальной буржуазии. За весь период существования полка, даже в тяжелом 1917 году, полк не испытывал материальных трудностей, постоянно чувствуя поддержку местной азербайджанской буржуазии и меценатов.
1-я сотня полка на добровольных началах комплектовалась из жителей Казахского уезда, 2-я - Шушинского и Джеванширского уездов, 3-я - Арешского, Зангезурского, Карягинского и Нухинского уездов Елисаветпольской губернии, 4-я - Борчалинского уезда Тифлисской губернии. Каждый желающий служить подавал заявление. Приемная комиссия предъявляла следующие требования к добровольцам: возраст от 21 до 40 лет, "хорошее и трезвое поведение", "здоровое телосложение", "способность к военной службе". Согласно данным губернатора Елизаветполя, уже к 27 августа "добровольцев мусульман записалось в Татарский полк свыше двух тысяч". В связи с тем, что требовалось только 400 человек, дальнейшая запись была прекращена. В рапорте отмечалось: "Из опроса господ офицеров, кадровых унтер-офицеров и всадников выяснилось, что при наборе людей всадники шли с полной охотой и никакого неудовольствия среди татарского населения не было". Бывший офицер "Дикой дивизии" Алексей Арсеньев позднее писал: "Целый ряд народов и народностей в Империи Российской были свободны от воинской повинности... На войну они пошли за Нее, по своей доброй воле, будучи никем и ничем не принуждаемы; в истории "Дикой Дивизии"- нет ни единого случая даже единоличного дезертирства!".
Татарский конный полк на момент формирования состоял из 4-х сотен, каждая из которых делилась на 2 взвода. По штатам полк состоял из 22 офицеров, 3 военных чиновников, 1 полкового муллы, 575 всадников и 68 нестроевых нижних чинов, всего 669 человек. По итогам боев 1914-1915 гг. в структуре полка были произведены изменения. К декабрю 1915 года полк состоял из 4-х сотен, каждая из которых делилась на 4 взвода по 60-80 чел. Добровольцы-азербайджанцы записывались лишь в конные сотни, категорически отказываясь служить во вспомогательных частях. В результате численность сотни составляла 220-260 человек. Полку был добавлен пеший взвод численностью 50 - 80 человек. В ходе боевых действий произошли изменения во взглядах азербайджанцев на войну - если ранее все желали служить непременно в конных взводах, то в 1916 году в пешем взводе из 70 воинов 30 были азербайджанцы. Фактическая численность полка порой превышала 800 человек. Структура полка расширялась за счет создания пулеметных расчетов - нужных по требованиям времени, но не предусмотренных по штатам и вооруженных трофейными пулеметами.
Первым командиром полка был назначен генерального штаба подполковник Пётр Половцов. Всадники полка были мусульмане, но из 22 офицеров до начала боев только 4 были азербайджанцами: подполковник принц Фейзулла Мирза Каджар, ротмистр Шахверди хан Зиядханов (22 мая 1916 г. зачислен в запас), штабс-ротмистр Нух бек Софиев (Сафиев), корнет Джелал бек Султанов. Объяснялось незначительное количество офицерских национальных кадров политикой российской администрации, командный состав национальных воинских формирований комплектовался из числа офицеров русской национальности или других национальностей, отличной от основной национальности воинской части. Начиная с 1916 года количество офицеров - азербайджанцев в полку выросло за счет тех всадников, которые своей храбростью и умением воевать были удостоены офицерских чинов. К середине 1917 года в полку служили 13 офицеров-азербайджанцев: подполковник Нух бек Софиев; штабс- ротмистры Джамшид хан Нахичеванский и Исрафил бек Ядигаров; корнеты Худадад бек Худавердов и Зульфугар бек Султанов; прапорщики Али Мурад бек Везиров, Селим бек Султанов, Саяд Зейналов, Зейналабдин Садыхов, Осман ага Гюльмамедов, Идрис ага Каджар, Алекпер Гаджиев, Фаис Мамед Мустафаев.
В ходе войны несколько офицеров-азербайджанцев получили назначение в другие полки дивизии: в Кабардинский конный полк поступил Керим хан Эриванский; в Чеченском конном полку служил ротмистр Искандер хан Нахичеванский, командиром полка был полковник принц Фейзулла Мирза Каджар; во 2-м Дагестанском полку - Рагим хан Нахичеванский.
В Татарском конном полку также служили представители самых аристократических фамилий империи: русские граф Н.Бобринский, А.Берс (племянник писателя Льва Толстого), А.Немирович-Данченко, князь М.Муравьев-Амурский, князь С.Багратион-Мухранский, кабардинец Ф.Н.Бекович-Черкасский, грузины князь Н.Казбеги, князь В.Амилохвари, князь Л.Магалов, абхаз князь Х.Шервашидзе, осетин М.Хоранов и даже два француза - Ш.Тестенуар и О.де Ласси. Подбор офицеров-немусульман в национальные конные полки был тщательным, обязательным условием было уважительное отношение к языку, обычаям, традициям личного состава.
Среди всадников полка оказалось немало молодых представителей аристократических азербайджанских родов. В то же время служили всадники русской национальности - те, кто имел большой срок службы, участники прежних войн и ранее служил на Каказе. Именно они должны были передавать свой боевой опыт "туземцам", в бою вести их за собой.
Среди всадников полка оказалось немало молодых представителей аристократических азербайджанских родов, недавно окончивших школу или даже бросивших институт: Рашид бек Зульфакаров, Вели бек Векилов, вольноопределяющийся Ахмед бек Зейналов, Ахмед ага Гасум Ага оглы Векилов, Гусейн ага Алескер ага оглы, Мустафа бек Векилов, Алы бек Кесеменский, Ханглар ага Мусеиб ага оглы, Рустам ага Искандербеков, Камиль ага Искандербеков, Абдул ага Искандербеков, Сурхай ага Искандербеков, Мирза ага Искандербеков, Керим ага Шахтахтинский, Сеид Ага Миргасымов, Ханлар бек Гасанбеков, Кулам бек Гашимбеков, Садых ага Киши ага оглы, Баграм бек Аббас Кулибеков, Машади Азад Набибеков, Баграм Рустамбеков, Шахмар Мирзалибеков, Кардашхан Исмиханов, Нур Мамед Ага Дадашев,Кичи бек Халилбек оглы, Шукюр бек Султан Мурад оглы, Ибрагим ага Дадаш оглы, Гасан Кулибек, Ханар бек Фарах, Сурахан бек,Ага бек Аббасбеков, Абдул бек Касумбек оглы, Амрах ага Аббасов, Курбан Гасанбеков, Халил Ага Юзбашев, Гасан ага Али Мадатов.
Униформа была составлена на основе кавказской мужской одежды - сапоги, брюки, рубашка, бешмет (азерб. - архалыг), черкеска (азерб. - чуха), папаха, бурка (азерб. - йапынджы), башлык. Каждый из полков дивизии имел башлыки, черкески, папахи и рубашки своего цвета, отличие заключалось в цвете погон и шифровке на них. В Татарском конном полку черкески, бешметы, рубашки и папахи были черного цвета, в боевых действиях больше использовались серые черкески. Всадники имели темно-красные башлыки и погоны красного цвета, на которых были вышиты желтые буквы "Тт.". Каждый всадник был вооружен шашкой и кинжалом, имел "винтовку трехлинейную казачьего образца, 3-х линейный револьвер, существующий в казачьих частях", с запасом патронов - "боевые патроны в патронташах по 30-ти" и "в накладных на черкесках для газырей карманчиках" - "в нагрудных газах по 28-ми".
Татарский конный полк перед выступлением на фронт принес присягу «Клятвенное обещание» на азербайджанском языке (в документах указан как «азербайджано-татарское наречие») на верность императору и государству. После произнесения слов клятвы каждый из всадников подписался или приложил окрашенный краской палец под «Присяжным листом».
В 1914-1917 годах Татарский конный полк являлся составной частью 2-й бригады (вместе с Чеченским полком) Кавказской туземной конной дивизии. В начале октября 1914 года полк в составе дивизии был включен в состав 2-го кавалерийского корпуса генерал-лейтенанта Гусейн хана Нахичеванского и дислоцирован в Подольской губернии.
В середине декабря части дивизии вступили в бои на Юго-Западном фронте, на берегу реки Саны. Первый крупный бой Татарский конный полк принял 12-19 декабря 1914 года. 26 декабря полк понес первые потери - у деревни Берези Горни погибло 7, ранено13 человек. Конец декабря 1914 - январь 1915 года прошел в оборонительных боях у подножия Карпат (7, с.177). Один из крупных боевых успехов дивизии связан с боем, проведенным Татарским конным полком 15 февраля 1915 года за стратегически важную деревню Бринь, в 20-ти километрах от г.Станиславов. За этот бой командир полка полковник П.Половцов и полковник Ф.М.Каджар были награжден орденами Св. Георгия 4-й ст., оказавшись первыми офицерами дивизии, награжденных этим высшим военным орденом России. Половцов в телеграмме Елисаветпольскому губернатору отмечал: "Татарский полк первым из Туземной дивизии заслужил своему командиру Георгиевский крест. Гордясь высокой наградой, считаю ее исключительно лестной оценкой высоких воинских качеств и беззаветной отваги татарских всадников. Прошу вас принять выражение моего глубочайшего восхищения перед беспримерной доблестью мусульманских воинов Елисаветпольской губернии. Половцов". 21 февраля 1915 года Татарский конный полк в результате упорного сражения первым вошел в город Тлумач. В марте-апреле полк принял участие в Карпатской наступательной операции войск Юго-Западного фронта. В апреле-мае полк участвовал во вторжении в Буковину. В период отступления весной -летом 1915 года полк в составе дивизии вел бои на левобережье Днестра.
Командиром Татарского конного полка 25 февраля 1916 г. был назначен полковник кабардинский князь Федор Бекович-Черкасский. Первую половину 1916 года полк вел усиленную разведку позиций противника по р.Днестр, а затем принял участие в "Брусиловском прорыве". В истории полка особое место занимает разгром опорного пункта противника у села Тышковцы 31 мая 1916 года, позволивший прорвать линию фронта противника. Летом полк вел наступление в Буковинских Карпатах, в верховьях Прута. В ноябре полк в составе дивизии, пройдя 600 верст, форсированным маршем двинулся в Румынию. В гористой местности Восточных Карпат, юго-западнее Ясс полк вступил в бой с немецкими частями.
В феврале 1917 года, в связи с известными политическими событиями полк выведен в тыл. В Татарском конном полку, как и в других частях дивизии, сохранялись твердая воинская дисциплина и верность воинскому долгу. Все полки дивизии сохранили свой офицерский состав и свое уважительное отношение к офицерам. 5 июля 1917 года командиром полка был назначен полковник грузинский князь Леван Магалов.
В период летнего (1917 г.) наступления войск Юго-Западного фронта полк действовал западнее города Станиславов. Полкам дивизии приходилось с одной стороны воевать с врагом, с другой стороны - убеждать пехотные части не бросать позиции, с третьей - наводить порядок в тылу, предотвращая мародерство и грабежи.
Статистика боевых наград офицеров полка впечатляет: за 1914-1917 годы 6 офицеров награждены орденом Св.Георгия 4-ой ст., 5 офицеров награждены Георгиевским оружием (10, с. 212). Офицеры полка неоднократно награждались и другими орденами империи. Полными кавалерами "солдатских" Георгиевских крестов всех четырех степеней стали Али бек Набибеков, Саяд Зейналов, Мехти Ибрагимов, Алекпер Хаджиев, Дацо Дауров и Александр Кайтуков. Тремя Георгиевскими крестами и тремя Георгиевскими медалями был награжден Осман ага Гюльмамедов. Уроженец города Шуша Зейнал бек Садыхов, начав службу унтер - офицером в команде разведчиков, заслужил Георгиевские кресты 2, 3, 4 -й ст., Георгиевскую медаль "За храбрость" 4-й ст., а после производства за военные отличия в офицеры был удостоен боевых орденов Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом, ордена Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом, ордена Св. Анны 4-й степени.
Никто так кратко и так емко не описал роль Татарского конного полка в войне как первый командир полка П.А.Половцов в телеграмме одному из инициаторов сформирования Татарского конного полка Мамед хану Зиядханову: "Прошу вас передать мусульманскому населению …, что я с гордостью буду хранить память о доблестном полке, собранном в их же среде, во главе коего я имел честь состоять полтора года. Бесконечным рядом подвигов на полях Галиции и Румынии мусульмане показали себя достойными потомками великих предков и верными сынами нашей великой Родины".
В конце августа, было принято решение переформировать Кавказскую туземную конную дивизию в Кавказский туземный конный корпус. После сформирования корпус должен был быть направлен на Кавказ в распоряжение командующего Кавказской армией. В конце сентября — начале октября 1917 года части и подразделения корпуса, включая Татарский полк, были переброшены на Кавказ. Однако к январю 1918 года, после Октябрьского переворота в Петрограде, Кавказский туземный конный корпус прекратил свое существование.
После провозглашения 28 мая 1918 года Азербайджанской Демократической Республики (АДР) Татарский конный полк был единственной регулярной воинской частью молодой Республики, вошедший в соста Отдельного азербайджанского корпуса, сформированного на добровольных началах.
По материалам книги Сабухи Ахмедова “Азербайджанцы на фронтах Первой мировой войны: Татарский конный полк”
http://cs625531.vk.me/v625531073/6fda/_8l_hc8mtK0.jpg" onclick="window.open(this.href);return false;
Татарский конный полк на полуденном намазе. Полковым муллой был поэт и журналист Агамухаммед Гаджи Абдусалим оглу, более известный под литературным псевдонимом "Мухаммед Хади"
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
![Изображение](http://cs625531.vk.me/v625531073/7003/SDDzcyZ1tsU.jpg)
Петр Александрович Половцов, первый командир Татарского конного полка Кавказской туземной конной дивизии.
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
![Изображение](http://cs625531.vk.me/v625531073/6ff4/HXO4vUmmt_g.jpg)
И. А. Владимиров. Атака Татарского полка. Открытка посвящена атаке полка под Тышковцами 31 мая 1916 года, позволившей прорвать линию фронта противника.
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
![Изображение](http://cs625531.vk.me/v625531073/6ffb/-IuDSt00xSw.jpg)
Полковник принц Фейзулла Мирза Каджар. 17 февраля 1915 года принц Фейзулла Мирза Каджар был назначен командиром Чеченского конного полка, сменив погибшего в бою командира полка полковника А. Святополк-Мирского.
![Изображение](http://cs625531.vk.me/v625531073/6fe2/66l8jakj0T0.jpg)
Офицеры 2-й бригады (татарского и чеченского конного полка) Дикой дивизии, в центре — командир дивизии Великий князь Михаил Александрович Романов
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
![Изображение](http://cs625531.vk.me/v625531073/6feb/aQtIG3yPMTE.jpg)
Полковник Александр Андреевич Немирович-Данченко в форме офицера Татарского конного полка.
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
Абхазские негры
На фотографии — всадники Абхазской сотни Черкесского полка Туземной (Дикой) дивизии. Дело происходит в 1914 году. Один из воинов-абхазов (других в Абхазской сотне и быть не могло) выглядит как типичный негр. И это никого не смущает.
Абхазские негры признаны расово-этнической группой абхазского народа. Они живут в селе Адзюбжа и ряде окрестных сел (Агдарра, Меркула, Поквеш, Члоу и др.). Но внятного ответа на вопрос «Откуда в Абхазии чернокожие?» нет. Есть археологические артефакты, подтверждающие, что негры жили на Кавказе в очень давние времена. Есть абхазский эпос, в котором действуют «чернолицые джигиты, пришедшие на Кавказ из южных земель». Есть легенда о нартах, ходивших на Африканский Рог и вернувшихся оттуда с сотней негров, которые остались жить в Абхазии.
В V веке до н. э. о «темнокожих, с курчавыми волосами» обитателях этих мест писал Геродот, отметивший сходство «черных кавказцев» с египтянами и эфиопами.
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9cb/MWVhdfdpIMo.jpg)
Через тысячу лет, в V веке н. э. сосланный на Кавказ Иоанн Златоуст тоже упомянул об «эфиопах», обосновавшихся в окрестностях Питиунте (Пицунда). В 1884 году про абхазских негров писал известный винодел В. Тьебо: «Тип лица у них абиссинский». В 1913 году этнограф Марков описывает «курчавых негритят» и «черных людей в белых одеждах» и отмечает, что «негры ничем не отличаются от абхазцев, говорят только по-абхазски, исповедуют ту же веру».
Есть документальные свидетельства о том, что в начале ХХ века наместник Кавказа Воронцов-Дашков имел в своем личном конвое негров из Адзюбжи, а основатель курорта в Гаграх, принц Ольденбургский держал при своем дворе абхазских негров. Есть куча местных легенд о крушении у берегов Абхазии османского корабля с черными невольниками, которые спаслись и основали первое негритянское поселение, о попытке князей Шервашидзе использовать чернокожих рабов на своих мандариновых плантациях, о Петре I, который привез в Россию так много арапов, что раздавал их своим подданным, абхазским князьям.
Сегодня принято считать, что негры появились в Абхазии в XVII веке, а их предками, скорее всего, были эфиопы или египтяне. Но чаще говорят об «эфиопском следе», базирующемся не только на внешнем сходстве, но и на совпадении географических названий: Багада — Багада, Табакур — Дабакур и пр. В 1927 году эту эфиопскую версию поддержали Максим Горький и абхазский писатель Самсон Чанба, бывший тогда одним из руководителей Абхазской Республики. Они специально поехали в места компактного проживания абхазских негров и вынесли вердикт: скорее всего, эфиопы.
Еще одно подтверждение эфиопской версии — контакты между Россией и Эфиопией, начавшиеся еще во времена Алексея Михайловича и продолжившиеся при Петре I, Екатерине II, Николае I и Николае II, который во время кругосветного путешествия встречался с эфиопским императором Мениликом II.
Сегодня негры продолжают жить в Абхазии. Они говорят на абхазском языке, выращивают мандарины и виноград, делают вино, работают на фабриках и в портах и считают себя абхазами, что с присущим ему юмором засвидетельствовал Фазиль Искандер в книге «Сандро из Чегема»:
«— Ну а как живется неграм в Советском Союзе?
— Каким неграм? — заинтересовался хозяин.
— Как каким? — удивился принц, оглядывая местных негров, сидевших за этим же столом. — Вам!
— Мы — не негры, — сказал хозяин, улыбаясь своей характерной улыбкой и кивая на остальных негров, — мы — абхазцы».
http://www.moya-planeta.ru/travel/view/abhazskie_negr." onclick="window.open(this.href);return false;.
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9ae/ygGt-I9HylA.jpg)
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9b5/0ymPLZTwJKw.jpg)
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9bc/kyQkOUrveOs.jpg)
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9c4/f5jXg9SmPAE.jpg)
На фотографии — всадники Абхазской сотни Черкесского полка Туземной (Дикой) дивизии. Дело происходит в 1914 году. Один из воинов-абхазов (других в Абхазской сотне и быть не могло) выглядит как типичный негр. И это никого не смущает.
Абхазские негры признаны расово-этнической группой абхазского народа. Они живут в селе Адзюбжа и ряде окрестных сел (Агдарра, Меркула, Поквеш, Члоу и др.). Но внятного ответа на вопрос «Откуда в Абхазии чернокожие?» нет. Есть археологические артефакты, подтверждающие, что негры жили на Кавказе в очень давние времена. Есть абхазский эпос, в котором действуют «чернолицые джигиты, пришедшие на Кавказ из южных земель». Есть легенда о нартах, ходивших на Африканский Рог и вернувшихся оттуда с сотней негров, которые остались жить в Абхазии.
В V веке до н. э. о «темнокожих, с курчавыми волосами» обитателях этих мест писал Геродот, отметивший сходство «черных кавказцев» с египтянами и эфиопами.
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9cb/MWVhdfdpIMo.jpg)
Через тысячу лет, в V веке н. э. сосланный на Кавказ Иоанн Златоуст тоже упомянул об «эфиопах», обосновавшихся в окрестностях Питиунте (Пицунда). В 1884 году про абхазских негров писал известный винодел В. Тьебо: «Тип лица у них абиссинский». В 1913 году этнограф Марков описывает «курчавых негритят» и «черных людей в белых одеждах» и отмечает, что «негры ничем не отличаются от абхазцев, говорят только по-абхазски, исповедуют ту же веру».
Есть документальные свидетельства о том, что в начале ХХ века наместник Кавказа Воронцов-Дашков имел в своем личном конвое негров из Адзюбжи, а основатель курорта в Гаграх, принц Ольденбургский держал при своем дворе абхазских негров. Есть куча местных легенд о крушении у берегов Абхазии османского корабля с черными невольниками, которые спаслись и основали первое негритянское поселение, о попытке князей Шервашидзе использовать чернокожих рабов на своих мандариновых плантациях, о Петре I, который привез в Россию так много арапов, что раздавал их своим подданным, абхазским князьям.
Сегодня принято считать, что негры появились в Абхазии в XVII веке, а их предками, скорее всего, были эфиопы или египтяне. Но чаще говорят об «эфиопском следе», базирующемся не только на внешнем сходстве, но и на совпадении географических названий: Багада — Багада, Табакур — Дабакур и пр. В 1927 году эту эфиопскую версию поддержали Максим Горький и абхазский писатель Самсон Чанба, бывший тогда одним из руководителей Абхазской Республики. Они специально поехали в места компактного проживания абхазских негров и вынесли вердикт: скорее всего, эфиопы.
Еще одно подтверждение эфиопской версии — контакты между Россией и Эфиопией, начавшиеся еще во времена Алексея Михайловича и продолжившиеся при Петре I, Екатерине II, Николае I и Николае II, который во время кругосветного путешествия встречался с эфиопским императором Мениликом II.
Сегодня негры продолжают жить в Абхазии. Они говорят на абхазском языке, выращивают мандарины и виноград, делают вино, работают на фабриках и в портах и считают себя абхазами, что с присущим ему юмором засвидетельствовал Фазиль Искандер в книге «Сандро из Чегема»:
«— Ну а как живется неграм в Советском Союзе?
— Каким неграм? — заинтересовался хозяин.
— Как каким? — удивился принц, оглядывая местных негров, сидевших за этим же столом. — Вам!
— Мы — не негры, — сказал хозяин, улыбаясь своей характерной улыбкой и кивая на остальных негров, — мы — абхазцы».
http://www.moya-planeta.ru/travel/view/abhazskie_negr." onclick="window.open(this.href);return false;.
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9ae/ygGt-I9HylA.jpg)
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9b5/0ymPLZTwJKw.jpg)
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9bc/kyQkOUrveOs.jpg)
![Изображение](http://cs623331.vk.me/v623331006/1f9c4/f5jXg9SmPAE.jpg)
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
Саяд Зейналов, офицер роты караульной охраны Парламента Азербайджанской Республики, 1919 год. Четыре Георгия (помимо всего остального) на груди о многом говорят...![Изображение](https://scontent-frt3-1.xx.fbcdn.net/hphotos-xfp1/v/t1.0-9/13100794_1008933239182748_8239460414270144082_n.jpg?oh=b22421075abed85100575a41d9372843&oe=579968C5)
![Изображение](https://scontent-frt3-1.xx.fbcdn.net/hphotos-xfp1/v/t1.0-9/13100794_1008933239182748_8239460414270144082_n.jpg?oh=b22421075abed85100575a41d9372843&oe=579968C5)
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
Моя — мужчина! Моя не боится!
Дикая доблесть Кавказа
Путь гордых джигитов по полям сражений Первой мировой войны
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/20/20150319203234891/pic_1650dcb260449ca128b2b8c0bf4ea200.jpg)
Легенды окутывают боевой путь «Дикой дивизии», как облака — вершины кавказских гор. Попробуем разобраться, что правда, а что вымысел в истории одного из самых знаменитых подразделений русской армии времен Первой мировой войны.
Редкий случай: у этого воинского формирования есть точная дата рождения — 27 июля 1914 года. Именно тогда император Николай II подписал высочайшее соизволение сформировать «на время военных действий» особые войсковые части из «туземцев Кавказа». Инициатива исходила от генерал-адъютанта, главнокомандующего войсками Кавказского военного округа графа Иллариона Воронцова-Дашкова, идею которого поддержал военный министр. Австро-Венгрия уже предъявила ультиматум Сербии, Россия объявила о поддержке братьев-славян, и было очевидно, что до официального объявления войны оставались считанные дни. Страна была охвачена патриотическим подъемом и мобилизация — пока еще добровольная — по сути, уже началась.
Дети разных народов
Здесь необходимо сделать одно важное отступление. Дело в том, что кадровая российская армия (по призыву) формировалась преимущественно из представителей славянских народов, да и то, не всех, а лишь русских, украинцев и белорусов. Поляков и прибалтов брали с ограничениями в основном на добровольческой основе, как и представителей закавказских христиан — грузин и армян. Финны с 1901 года были освобождены от воинской повинности. Осетинами же комплектовался Осетинский конный дивизион и в мирное время.
Мусульман из Средней Азии и Северного Кавказа не брали в армию вовсе (исключение было сделано лишь для осетинских мусульман, которые вместе с земляками христианами служили в составе Терского казачества), вместо этого они платили специальный денежный налог. Так же из среднеазиатов комплектовался Туркменский (позже Текинский) конный дивизион.
Все вышесказанное не относится к офицерскому корпусу, где грузин, армян и кавказских мусульман было в достатке.
Это не означает, что среди воинственных горцев не было желающих пойти воевать за царя-батюшку. Наоборот, желающих было в избытке: в формировавшийся в Гяндже (тогда Елизаветполь) Татарский полк за первые недели записались более двух тысяч, хотя вакансий было всего 400. Это один из феноменов «Дикой дивизии». Много позже, уже находясь в эмиграции, бывший офицер Кабардинского конного полка Алексей Алексеевич Арсеньев в своих воспоминаниях писал: «Большинство горцев славной «Дикой Дивизии» были или внуками, или — даже сыновьями бывших врагов России. На войну они пошли за нее, по своей доброй воле, будучи никем и ничем не принуждаемы; в истории «Дикой дивизии» — нет ни единого случая даже единоличного дезертирства!».
Итак, в начале августа 1914-го началась запись в добровольцы, а 23 августа на свет появился императорский указ о создании «Кавказской туземной конной дивизии». Слово «туземная» отличала ее от ряда кадровых армейских подразделений имевших наименование «кавказская», но сформированных из русских солдат.
Название «дикая дивизия» никогда не было официальным, но охотно использовалось на бытовом уровне, в том числе и самими «всадниками» (а не «нижними чинами»!), как именовались кавказские воины-добровольцы. Дивизия включала в себя шесть полков, объединенных в три бригады. Первая в составе Кабардинского и Дагестанского конных полков; Вторая, состоящая из Татарского (азербайджанского, сформированного в Гяндже) и Чеченского полков, и Третья, в которую входили Черкесский (из черкесов, абхазов и карачаевцев) и Ингушский полки. Согласно утвержденным штатам, каждый конный полк состоял из 22 офицеров, 3 военных чиновников, полкового муллы, 575 «всадников» и 68 нестроевых нижних чинов. Дивизии также были приданы Осетинская пешая бригада (сформирована в конце 1916 года) и 8-й Донской казачий артиллерийский дивизион (придан Кавказскому туземному конному корпусу в 1917 году).
В национальных полках сразу сформировалась иерархическая структура, сходная с большой патриархальной семьей, свойственной горским народам. Многие всадники были родственниками. Например, по свидетельству оставившего интереснейшие воспоминания офицера Ингушского полка А.П. Маркова, представители семьи Мальсаговых были «столь многочисленны, что при формировании был даже проект создать из представителей этой фамилии отдельную сотню». Нередко в полках можно было встретить представителей нескольких поколений одного рода. Скажем, известно, что со своим отцом ушел на войну двенадцатилетний подросток Абубакар Джургаев.
Почти все воины приходили в национальной одежде, со своим холодным оружием и лошадьми. Казачьи пики и штатное огнестрельное оружие (винтовки и револьверы) выдавались на пунктах сбора, там же старались привести обмундирование хоть в какой-то общий вид.
Офицерский корпус тоже оказался пестрым. Местных северокавказских кадров было очень мало, посему полки комплектовались добровольцами. Служить в «Дикой дивизии» сразу стало модно среди романтически настроенной аристократии и богемы. Среди офицеров дивизии были грузинские князья Багратиони, Чавчавадзе, Дадиани, Орбелиани и Амилахвари, горские султаны Бекович-Черкасский, Хагандоков, ханы Эриванские, ханы Шамхалы-Тарковские, литовский князь Радзивилл, представители старинных русских фамилий князья Гагарин, Святополк-Мирский, графы Келлер, Воронцов-Дашков, Толстой (Михаил Львович — сын великого писателя), Лодыженский, Половцев, Старосельский, французский принц Наполеон Мюрат, итальянские маркизы Альбицци, персидский принц Фазула-Мирза Каджар и многие другие.
Рисунок полковника татарского конного полка Дикой дивизии Александра Андреевича Немировича-Данченко
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/20/20150319202803610/pic_b5b83ea6be180b29d6ff8b536da86b3f.jpg)
Командиром дивизии высочайшим приказом от 23 августа был назначен младший брат царя, Свиты Его Величества генерал-майор великий князь Михаил Александрович — отличный спортсмен и кавалерист. Начальником штаба стал полковник Яков Давидович Юзефович, литовский татарин магометанского вероисповедания, ранее служивший в Ставке Верховного Главнокомандующего.
Несколько месяцев ушло на обучение и попытки наладить в полках хоть какой-то порядок. Понятия армейского строя, воинской дисциплины и субординации были горцам неведомы. Как и сам устав. С языком вообще были проблемы — многие «всадники» совершенно не понимали русского.
Обучение давалось не легко, доходило до курьезов. Например, ко всем офицерам включая Михаила Александровича «всадники» обращались на «ты» (особенность горских языков), а отдавать честь соглашались лишь своим прямым командирам. Офицеров других частей они совершенно игнорировали.
Из воспоминаний Алексея Арсеньева: «Отношения между офицерами и «всадниками» носили характер совершенно отличный от отношений в полках регулярной конницы, о чем молодые офицеры наставлялись старыми. Например, вестовой, едущий за офицером, иногда начинал петь молитвы или заводил с ним разговоры. В общем, уклад был патриархально-семейный, основанный на взаимном уважении, что отнюдь не мешало дисциплине; брани — вообще не было места… Офицер, не относящийся с уважением к обычаям и религиозным верованиям «всадников», терял в их глазах всякий авторитет. Таковых, впрочем, в дивизии не было…»
Из описанных в воспоминаниях курьезов: офицер требует от дежурного не спать, а тот отвечает ему: «Тебе боится — не спи. Моя — мужчина! Моя не боится, спать будет». Выясняется, что даже с верховой ездой, к которой горцы, казалось бы, приучены с детства, есть проблемы: «У них была привычка сидеть в седле несколько боком, то правым, то левым, в результате чего при больших переходах в полках появлялась масса лошадей со сбитыми спинами, и отучить всадников от этой привычки было трудно».
Или вот такой пример из воспоминаний Маркова. Знаменитый генерал Платон Лечицкий (командующий 9-й армией) решил осенью 1915 года устроить смотр Ингушскому полку. Перед ним строй горцев — «оборванные полусолдаты-полуразбойники на лопоухих клячах». Генерал был взбешен и, пользуясь отсутствием великого князя Михаила, попытается устроить разнос. «Ты, — обратился он к чеченцу Чантиеву, указывая стеком в грудь. — Тебе пика была выдана или нет?» — «Выдан, твоя прысходительства», — улыбается Чантиев, довольный генеральским вниманием. — «Так куда же ты ее дел, сукин сын?» — «Нам пика не нужен. Наш ингуш, чечен кинжал, шашка, винтовка имеем, а пика наш бросил к …й матери». Марков пишет, что в сопровождавшей генерала группе многим не удалось сдержать смех: «У Лечицкого выкатились глаза и покраснело лицо, но от негодования слова остановились у него на языке».
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/20/20150319201617839/pic_f91fb362b779e96cb8e8b4f72daf3fd2.jpg)
Внешний облик горских полков был весьма колоритен. Граф Илья Толстой (сын Льва Николаевича и брат Михаила — офицера 2-ого Дагестанского полка), впервые увидевший ряды «Дикой дивизии» в Галиции, описал их торжественное шествие по Львову: «Под скрипучий напев зурначей, наигрывающих на своих дудочках народные воинственные песни, мимо нас проходили нарядные типичные всадники в красивых черкесках, в блестящем золотом и серебром оружии, в ярко-алых башлыках, на нервных, точеных лошадях, гибкие, полные гордости и национального достоинства. Что ни лицо, то тип; что ни выражение — выражение свое, личное; что ни взгляд — мощь и отвага…»
Боевые будни постепенно сглаживали культурные различия. Например, в Кабардинском полку завели такое правило: перед общим обедом в офицерском собрании дежурный должен был точно посчитать присутствующих. Если мусульман за столом оказывалось больше, то все оставались в папахах, если преобладали христиане — все снимали головные уборы.
Труднее было с привычкой горцев к мародерству. «На ночевках и при всяком удобном случае всадники норовили незаметно отделиться от полка с намерением утащить у жителей все, что плохо лежало. С этим командование боролось всякими мерами вплоть до расстрела виновных, но за два первых года войны было очень трудно вывести из них их чисто азиатский взгляд на войну как на поход за добычей…» — писал Марков.
Но и тут противоядие было найдено: провинившихся стали изгонять из полков и с позором отсылать домой. Жестокие наказания на «всадников» впечатления не производили, зато бесчестия они вынести не могли. Дисциплина стала гораздо лучше.
И трепет обнимал противника
В первых же боях, а на фронт горцы попали поздней осенью 1914 года, они показали себя бесстрашными воинами. Тем более, что ландшафт Карпат походил на родные кавказские горы. Но потом наступили трудности: зима, распутица и самое страшное для горцев — монотонность окопной войны. Сидение в обороне лихим кавалеристам было противопоказано, зато в наступлении они были неудержимы.
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/19/20150319192429373/pic_071fa9fab6095b1b593d90465d5031a0.jpg)
Офицеры 2-й бригады дивизии, в центре — командир дивизии Великий князь Михаил Александрович и командир Чеченского конного полка А. С. Святополк-Мирский.
Офицеры 2-й бригады дивизии, в центре — командир дивизии Великий князь Михаил Александрович и командир Чеченского конного полка А. С. Святополк-Мирский.
Фото: Иллюстрированное приложение к газете «Новое Время» за ноябрь 1914 года, № 13894
Вот впечатления довольно неожиданного свидетеля — многолетнего правителя Югославии Иосипа Броз Тито, которому в 1915 году довелось пережить встречу с горцами. Будущему маршалу, а тогда солдату австро-венгерской армии, повезло — он не был изрублен «черкесами», а лишь попал в плен: «Мы стойко отражали атаки пехоты, наступавшей на нас по всему фронту, но неожиданно правый фланг дрогнул, и в образовавшуюся брешь хлынула кавалерия черкесов, уроженцев азиатской части России. Не успели мы прийти в себя, как они вихрем пронеслись через наши позиции, спешились и ринулись в наши окопы с пиками наперевес. Один черкес с двухметровой пикой налетел на меня, но у меня была винтовка со штыком, к тому же я был хорошим фехтовальщиком и отбил его атаку. Но, отражая нападение первого черкеса, вдруг почувствовал ужасный удар в спину. Я обернулся и увидел искаженное лицо другого черкеса и огромные черные глаза под густыми бровями».
А вот выдержка из донесения полковника графа Воронцова-Дашкова великому князю Михаилу Александровичу: «С чувством особого удовлетворения должен отметить геройскую работу полков (Кабардинского и 2-го Дагестанского) вверенной Вашему Императорскому Высочеству дивизии. Промокшие от проливного дождя, идущего всю ночь, ослабевшие от четырехдневной "уразы", всадники, по вязкой от дождя земле, стойко и стройно шли вперед под градом пуль, почти не залегая, и трепет обнимал противника, не выдержавшего такого стремительного наступления. Некоторые всадники-дагестанцы, чтобы быстрее наступать, снимали сапоги и босиком бежали в атаку».
Но особенно отличились горцы во время Брусиловского прорыва летом 1916 года. Можно сказать, что они стали застрельщиками этого знаменитого наступления. В ночь на 30 мая 1916 года есаул Чеченского полка князь Дадиани с половиной своей сотни вплавь переправился через разделявший противников Днестр и под ожесточенным ружейным и пулеметным огнем врага захватил плацдарм. Это дало возможность переправиться на правый берег Днестра Чеченскому, Черкесскому, Ингушскому, Татарскому полкам, а также Заамурскому полку 1-й конной дивизии, которые развернулись в лаву и бросились в стремительную атаку. По личному приказу Николая II, все 60 удерживавших плацдарм воинов-чеченцев были награждены Георгиевскими крестами.
Примеров личного героизма «всадников» за четыре года боевых действий было великое множество. Более половины воинов дивизии получили боевые награды, многие — именное оружие. При этом, степень влияния «Дикой дивизии» на общий ход войны переоценивать не стоит: все же, это была одна единственная дивизия — суммарно менее шести тысяч человек. Для сравнения, казачьи части включали в себя более 200 тысяч, а общая численность нашей армии в 1916 году дошла почти до двух миллионов. Впрочем, это нисколько не умаляет заслуг и героизма кавказских «всадников».
В 1917 году «Дикая дивизия» была развернута в корпус по приказу Корнилова и должна была стать основной силой переворота. В начале 1918 года корпус был официально расформирован.
Георгий Олтаржевский
Дикая доблесть Кавказа
Путь гордых джигитов по полям сражений Первой мировой войны
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/20/20150319203234891/pic_1650dcb260449ca128b2b8c0bf4ea200.jpg)
Легенды окутывают боевой путь «Дикой дивизии», как облака — вершины кавказских гор. Попробуем разобраться, что правда, а что вымысел в истории одного из самых знаменитых подразделений русской армии времен Первой мировой войны.
Редкий случай: у этого воинского формирования есть точная дата рождения — 27 июля 1914 года. Именно тогда император Николай II подписал высочайшее соизволение сформировать «на время военных действий» особые войсковые части из «туземцев Кавказа». Инициатива исходила от генерал-адъютанта, главнокомандующего войсками Кавказского военного округа графа Иллариона Воронцова-Дашкова, идею которого поддержал военный министр. Австро-Венгрия уже предъявила ультиматум Сербии, Россия объявила о поддержке братьев-славян, и было очевидно, что до официального объявления войны оставались считанные дни. Страна была охвачена патриотическим подъемом и мобилизация — пока еще добровольная — по сути, уже началась.
Дети разных народов
Здесь необходимо сделать одно важное отступление. Дело в том, что кадровая российская армия (по призыву) формировалась преимущественно из представителей славянских народов, да и то, не всех, а лишь русских, украинцев и белорусов. Поляков и прибалтов брали с ограничениями в основном на добровольческой основе, как и представителей закавказских христиан — грузин и армян. Финны с 1901 года были освобождены от воинской повинности. Осетинами же комплектовался Осетинский конный дивизион и в мирное время.
Мусульман из Средней Азии и Северного Кавказа не брали в армию вовсе (исключение было сделано лишь для осетинских мусульман, которые вместе с земляками христианами служили в составе Терского казачества), вместо этого они платили специальный денежный налог. Так же из среднеазиатов комплектовался Туркменский (позже Текинский) конный дивизион.
Все вышесказанное не относится к офицерскому корпусу, где грузин, армян и кавказских мусульман было в достатке.
Это не означает, что среди воинственных горцев не было желающих пойти воевать за царя-батюшку. Наоборот, желающих было в избытке: в формировавшийся в Гяндже (тогда Елизаветполь) Татарский полк за первые недели записались более двух тысяч, хотя вакансий было всего 400. Это один из феноменов «Дикой дивизии». Много позже, уже находясь в эмиграции, бывший офицер Кабардинского конного полка Алексей Алексеевич Арсеньев в своих воспоминаниях писал: «Большинство горцев славной «Дикой Дивизии» были или внуками, или — даже сыновьями бывших врагов России. На войну они пошли за нее, по своей доброй воле, будучи никем и ничем не принуждаемы; в истории «Дикой дивизии» — нет ни единого случая даже единоличного дезертирства!».
Итак, в начале августа 1914-го началась запись в добровольцы, а 23 августа на свет появился императорский указ о создании «Кавказской туземной конной дивизии». Слово «туземная» отличала ее от ряда кадровых армейских подразделений имевших наименование «кавказская», но сформированных из русских солдат.
Название «дикая дивизия» никогда не было официальным, но охотно использовалось на бытовом уровне, в том числе и самими «всадниками» (а не «нижними чинами»!), как именовались кавказские воины-добровольцы. Дивизия включала в себя шесть полков, объединенных в три бригады. Первая в составе Кабардинского и Дагестанского конных полков; Вторая, состоящая из Татарского (азербайджанского, сформированного в Гяндже) и Чеченского полков, и Третья, в которую входили Черкесский (из черкесов, абхазов и карачаевцев) и Ингушский полки. Согласно утвержденным штатам, каждый конный полк состоял из 22 офицеров, 3 военных чиновников, полкового муллы, 575 «всадников» и 68 нестроевых нижних чинов. Дивизии также были приданы Осетинская пешая бригада (сформирована в конце 1916 года) и 8-й Донской казачий артиллерийский дивизион (придан Кавказскому туземному конному корпусу в 1917 году).
В национальных полках сразу сформировалась иерархическая структура, сходная с большой патриархальной семьей, свойственной горским народам. Многие всадники были родственниками. Например, по свидетельству оставившего интереснейшие воспоминания офицера Ингушского полка А.П. Маркова, представители семьи Мальсаговых были «столь многочисленны, что при формировании был даже проект создать из представителей этой фамилии отдельную сотню». Нередко в полках можно было встретить представителей нескольких поколений одного рода. Скажем, известно, что со своим отцом ушел на войну двенадцатилетний подросток Абубакар Джургаев.
Почти все воины приходили в национальной одежде, со своим холодным оружием и лошадьми. Казачьи пики и штатное огнестрельное оружие (винтовки и револьверы) выдавались на пунктах сбора, там же старались привести обмундирование хоть в какой-то общий вид.
Офицерский корпус тоже оказался пестрым. Местных северокавказских кадров было очень мало, посему полки комплектовались добровольцами. Служить в «Дикой дивизии» сразу стало модно среди романтически настроенной аристократии и богемы. Среди офицеров дивизии были грузинские князья Багратиони, Чавчавадзе, Дадиани, Орбелиани и Амилахвари, горские султаны Бекович-Черкасский, Хагандоков, ханы Эриванские, ханы Шамхалы-Тарковские, литовский князь Радзивилл, представители старинных русских фамилий князья Гагарин, Святополк-Мирский, графы Келлер, Воронцов-Дашков, Толстой (Михаил Львович — сын великого писателя), Лодыженский, Половцев, Старосельский, французский принц Наполеон Мюрат, итальянские маркизы Альбицци, персидский принц Фазула-Мирза Каджар и многие другие.
Рисунок полковника татарского конного полка Дикой дивизии Александра Андреевича Немировича-Данченко
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/20/20150319202803610/pic_b5b83ea6be180b29d6ff8b536da86b3f.jpg)
Командиром дивизии высочайшим приказом от 23 августа был назначен младший брат царя, Свиты Его Величества генерал-майор великий князь Михаил Александрович — отличный спортсмен и кавалерист. Начальником штаба стал полковник Яков Давидович Юзефович, литовский татарин магометанского вероисповедания, ранее служивший в Ставке Верховного Главнокомандующего.
Несколько месяцев ушло на обучение и попытки наладить в полках хоть какой-то порядок. Понятия армейского строя, воинской дисциплины и субординации были горцам неведомы. Как и сам устав. С языком вообще были проблемы — многие «всадники» совершенно не понимали русского.
Обучение давалось не легко, доходило до курьезов. Например, ко всем офицерам включая Михаила Александровича «всадники» обращались на «ты» (особенность горских языков), а отдавать честь соглашались лишь своим прямым командирам. Офицеров других частей они совершенно игнорировали.
Из воспоминаний Алексея Арсеньева: «Отношения между офицерами и «всадниками» носили характер совершенно отличный от отношений в полках регулярной конницы, о чем молодые офицеры наставлялись старыми. Например, вестовой, едущий за офицером, иногда начинал петь молитвы или заводил с ним разговоры. В общем, уклад был патриархально-семейный, основанный на взаимном уважении, что отнюдь не мешало дисциплине; брани — вообще не было места… Офицер, не относящийся с уважением к обычаям и религиозным верованиям «всадников», терял в их глазах всякий авторитет. Таковых, впрочем, в дивизии не было…»
Из описанных в воспоминаниях курьезов: офицер требует от дежурного не спать, а тот отвечает ему: «Тебе боится — не спи. Моя — мужчина! Моя не боится, спать будет». Выясняется, что даже с верховой ездой, к которой горцы, казалось бы, приучены с детства, есть проблемы: «У них была привычка сидеть в седле несколько боком, то правым, то левым, в результате чего при больших переходах в полках появлялась масса лошадей со сбитыми спинами, и отучить всадников от этой привычки было трудно».
Или вот такой пример из воспоминаний Маркова. Знаменитый генерал Платон Лечицкий (командующий 9-й армией) решил осенью 1915 года устроить смотр Ингушскому полку. Перед ним строй горцев — «оборванные полусолдаты-полуразбойники на лопоухих клячах». Генерал был взбешен и, пользуясь отсутствием великого князя Михаила, попытается устроить разнос. «Ты, — обратился он к чеченцу Чантиеву, указывая стеком в грудь. — Тебе пика была выдана или нет?» — «Выдан, твоя прысходительства», — улыбается Чантиев, довольный генеральским вниманием. — «Так куда же ты ее дел, сукин сын?» — «Нам пика не нужен. Наш ингуш, чечен кинжал, шашка, винтовка имеем, а пика наш бросил к …й матери». Марков пишет, что в сопровождавшей генерала группе многим не удалось сдержать смех: «У Лечицкого выкатились глаза и покраснело лицо, но от негодования слова остановились у него на языке».
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/20/20150319201617839/pic_f91fb362b779e96cb8e8b4f72daf3fd2.jpg)
Внешний облик горских полков был весьма колоритен. Граф Илья Толстой (сын Льва Николаевича и брат Михаила — офицера 2-ого Дагестанского полка), впервые увидевший ряды «Дикой дивизии» в Галиции, описал их торжественное шествие по Львову: «Под скрипучий напев зурначей, наигрывающих на своих дудочках народные воинственные песни, мимо нас проходили нарядные типичные всадники в красивых черкесках, в блестящем золотом и серебром оружии, в ярко-алых башлыках, на нервных, точеных лошадях, гибкие, полные гордости и национального достоинства. Что ни лицо, то тип; что ни выражение — выражение свое, личное; что ни взгляд — мощь и отвага…»
Боевые будни постепенно сглаживали культурные различия. Например, в Кабардинском полку завели такое правило: перед общим обедом в офицерском собрании дежурный должен был точно посчитать присутствующих. Если мусульман за столом оказывалось больше, то все оставались в папахах, если преобладали христиане — все снимали головные уборы.
Труднее было с привычкой горцев к мародерству. «На ночевках и при всяком удобном случае всадники норовили незаметно отделиться от полка с намерением утащить у жителей все, что плохо лежало. С этим командование боролось всякими мерами вплоть до расстрела виновных, но за два первых года войны было очень трудно вывести из них их чисто азиатский взгляд на войну как на поход за добычей…» — писал Марков.
Но и тут противоядие было найдено: провинившихся стали изгонять из полков и с позором отсылать домой. Жестокие наказания на «всадников» впечатления не производили, зато бесчестия они вынести не могли. Дисциплина стала гораздо лучше.
И трепет обнимал противника
В первых же боях, а на фронт горцы попали поздней осенью 1914 года, они показали себя бесстрашными воинами. Тем более, что ландшафт Карпат походил на родные кавказские горы. Но потом наступили трудности: зима, распутица и самое страшное для горцев — монотонность окопной войны. Сидение в обороне лихим кавалеристам было противопоказано, зато в наступлении они были неудержимы.
![Изображение](https://icdn.lenta.ru/images/2015/03/19/19/20150319192429373/pic_071fa9fab6095b1b593d90465d5031a0.jpg)
Офицеры 2-й бригады дивизии, в центре — командир дивизии Великий князь Михаил Александрович и командир Чеченского конного полка А. С. Святополк-Мирский.
Офицеры 2-й бригады дивизии, в центре — командир дивизии Великий князь Михаил Александрович и командир Чеченского конного полка А. С. Святополк-Мирский.
Фото: Иллюстрированное приложение к газете «Новое Время» за ноябрь 1914 года, № 13894
Вот впечатления довольно неожиданного свидетеля — многолетнего правителя Югославии Иосипа Броз Тито, которому в 1915 году довелось пережить встречу с горцами. Будущему маршалу, а тогда солдату австро-венгерской армии, повезло — он не был изрублен «черкесами», а лишь попал в плен: «Мы стойко отражали атаки пехоты, наступавшей на нас по всему фронту, но неожиданно правый фланг дрогнул, и в образовавшуюся брешь хлынула кавалерия черкесов, уроженцев азиатской части России. Не успели мы прийти в себя, как они вихрем пронеслись через наши позиции, спешились и ринулись в наши окопы с пиками наперевес. Один черкес с двухметровой пикой налетел на меня, но у меня была винтовка со штыком, к тому же я был хорошим фехтовальщиком и отбил его атаку. Но, отражая нападение первого черкеса, вдруг почувствовал ужасный удар в спину. Я обернулся и увидел искаженное лицо другого черкеса и огромные черные глаза под густыми бровями».
А вот выдержка из донесения полковника графа Воронцова-Дашкова великому князю Михаилу Александровичу: «С чувством особого удовлетворения должен отметить геройскую работу полков (Кабардинского и 2-го Дагестанского) вверенной Вашему Императорскому Высочеству дивизии. Промокшие от проливного дождя, идущего всю ночь, ослабевшие от четырехдневной "уразы", всадники, по вязкой от дождя земле, стойко и стройно шли вперед под градом пуль, почти не залегая, и трепет обнимал противника, не выдержавшего такого стремительного наступления. Некоторые всадники-дагестанцы, чтобы быстрее наступать, снимали сапоги и босиком бежали в атаку».
Но особенно отличились горцы во время Брусиловского прорыва летом 1916 года. Можно сказать, что они стали застрельщиками этого знаменитого наступления. В ночь на 30 мая 1916 года есаул Чеченского полка князь Дадиани с половиной своей сотни вплавь переправился через разделявший противников Днестр и под ожесточенным ружейным и пулеметным огнем врага захватил плацдарм. Это дало возможность переправиться на правый берег Днестра Чеченскому, Черкесскому, Ингушскому, Татарскому полкам, а также Заамурскому полку 1-й конной дивизии, которые развернулись в лаву и бросились в стремительную атаку. По личному приказу Николая II, все 60 удерживавших плацдарм воинов-чеченцев были награждены Георгиевскими крестами.
Примеров личного героизма «всадников» за четыре года боевых действий было великое множество. Более половины воинов дивизии получили боевые награды, многие — именное оружие. При этом, степень влияния «Дикой дивизии» на общий ход войны переоценивать не стоит: все же, это была одна единственная дивизия — суммарно менее шести тысяч человек. Для сравнения, казачьи части включали в себя более 200 тысяч, а общая численность нашей армии в 1916 году дошла почти до двух миллионов. Впрочем, это нисколько не умаляет заслуг и героизма кавказских «всадников».
В 1917 году «Дикая дивизия» была развернута в корпус по приказу Корнилова и должна была стать основной силой переворота. В начале 1918 года корпус был официально расформирован.
Георгий Олтаржевский
- smersh70
- пулеметчик
- Сообщения: 147464
- Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19
-
Благодарил (а): 11108 раз
Поблагодарили: 16134 раза
Re: Татарский конный полк «Дикой дивизии»
[youtube][/youtube]